Об одном примере искажения исторической правды – Часть 1

24.03.17 17:20


Книга академика Симона Джанашия “Об одном примере искажения исторической правды” (1947) была написана в ответ на работу “Монография армянской архитектуры” профессора Н. Токарского (1946, Ереван), в которой древние грузинские земли Тао-кларджети и памятники грузинской архитектуры (Ишхани, Бана, Хахули, Опиза и др.) представлены, как достояние армянской культуры. К сожалению, история повторилась и „благодаря,, ереванским ученым и русским ученым армянского происхождения, проживающих в Москве, недавно грузинскую архитектуру Тао-Кларджети вновь отнесли к армянской культуре в третьем томе “Православной Энциклопедии”.

...Изобличению армянских ученых в фальсификации грузин¬ского культурного наследия в Тао-Кларджети была посвящена научная конференция грузинских ученых и ученых из Оксфордского университета под названием «Грузинское культурное наследие в Турции».

В работе данной конференции приняли участие грузинские, английские и турецкие ученые. На конференции было подчеркнуто, что армянские ученые вновь целенаправленно и настойчиво продолжают объявлять армянскими классические грузинские памятники архи-тектуры – Бана, Ишхан, Хахули, Пархали, Ошк и др. Конференция состоялся 16-18 июня 2016 года в Оксфорде.
Как мы видим, захватческое отношение армянских ученых по отношению в грузинской архитектуре Тао-Кларджети не меняется. Поэтому, мы считаем необходимым опубликовать данный труд академика Симона Джанашия, выполненный на таком высоком научно-полемическом уровне, что, фактически, до сегодняшнего дня на него не получен ответ. Данный труд сохраняет научную актуальность и в нём недосягаемо указана фальсификация грузинской архитектуры Тао-Кларджети.

Бондо Арвеладзе

Однако ликвидаторы истории как науки еще не перевелись у нас полностью. На такую мысль наводит вышедшая недавно книга Н. М. Токарского «Архитектура древней Армении» (Академия наук Арм. ССР, Институт истории. Отв. редактор И. А. Орбели, Ереван, 1946). Автор поставил себе целью «сделать общий обзор древне-армянского зодчества, проследить, как на протяжении веков в различных условиях работала и развивалась творческая мысль армянских зодчих и чем обменялись они со своими зарубежными собратьями по профессии в сложном процессе создания много¬образных архитектурных форм» (стр. VIII–IX). Задача - почетная и актуальная. Однако богатое архитектурное наследие армянского народа в книге Токарского не получило достойного отражения. Порочная методология автора, тенденциозность, неряшливый стиль изложения, побуждения, не имеющие ничего общего с задачами научного исследования, - вот что поражает в этой книге, случайно, конечно, носящей марку высокого научного учреждения.

Для общей характеристики книги укажем, что в академическом издании, долженствовавшем, согласно объявленному плану, дать представление о почти полуторатысячелетнем процессе развития архитектурных форм, читатель находит всего лишь два разреза. О дворцах в Двине и Вагаршапате даны только сбивчивые описания, два снимка фрагментарных архитектурных украшений и рекон¬струкция «дворика палат католикоса», выполненная Токарским. Автор не счел, нужным приложить планы этих построек, ныне находящихся в развалинах. О том, чего порой стоят подобные реконструкции разрушенных зданий, сообщает читателю сам Токарский в конце данного раздела: «В юго-восточном углу южной части патриарших палат сохранилась абсида небольшой церкви, которая в реконструкции архитектора Т. Тораманяна представлена как трехнефная базилика. На самом деле здесь, вероятно, была небольшая однонефная часовня»... (стр. 48). Да и о своей собственной реконструкции Токарский рассказывает такие подробности: «На схематической реконструкции окна и двери в продольной стене размещены произвольно, так как никаких данных о них в разва¬линах найти нельзя»... (стр. 44, прим.). «Можно дать и другую реконструкцию здания, предположив, что здесь был не дворик, а зал», и т. д. (стр. 45, прим.). Условность и гипотетичность, неизбежные в подобного рода научной работе, доведены в данных случаях до того предела, когда реконструкция теряет всякий смысл и значение.

Множество других противоречий и логических неувязок остается вовсе незамеченным для автора. Так, он утверждает, что «армянские зодчие не останавливаются на результатах, достигнутых при переработке базилики в трехнефную сводчатую церковь-залу. Они блестяще разрешают и задачу создания церковного здания, увенчанного куполом» (стр. 58), На чем же основано это ответственное заявление? Только на догадках и домыслах, взаимно исключающих друг друга, и ни на одном факте. Отсутствие фактов неспособно смутить автора, - есть, чем их заменить. «Едва ли купольная форма постройки, – продолжает он, - была выработана только в связи с церковным строительством; надо полагать, что техника возведения куполов была хорошо известна архитекторам (каким? - С. Д.) значительно раньше. То обстоя¬тельство, что в Армении пока не обнаружено купольных зданий, подстроенных ранее VI в., не может служить доказательством противного, ибо трудно предположить, чтобы в стране, тесно связанной с сасанидской Персией (и не только в порядке временного подчинения ей), не знали о замечательных дворцовых сооружениях, возведенных по повелению сасанидских властителей, которые (т.-е. сооружения, а не властители! - С. Д.) и до сих пор способны восхищать самых требовательных ценителей искусства» (там же). Просто и ясно: в Армении не сохранилось купольных построек, возведенных ранее VI века, но зато они сохранились в соседней Персии; Армения же испытала не только политическое, но и культурное влияние Персии; поэтому трудно предположить, чтобы Армения не заимствовала купольной формы постройки из Персии. Но ведь в таком случае пальма первенства в деле выработки купольных построек переходит к персидским зодчим! Однако Токарский не считается с подобными препятствиями, он невозмутимо продолжает: «Еще не выяснено, где (в Персии или Армении) была раньше применена та своеобразная форма сводчатого перехода к куполу в виде полуконуса, известная в архитектуре под названием конического паруса или тромпа..., которая только в середине VII в. была решительно вытеснена пришлым с запада сферическим парусом» (там же).

Таким образом, хотя купол в целом заимствован армянами у персов, основной элемент купола, сводчатый переход в форме конического паруса, остается еще загадкой, он может быть и персидского происхождения, и армянского, а в другой своей форме, в форме сферического паруса, он определенно заимствован армянами уже у западных народов. Путаница однако на этом не кончается. В непосредственно следующей фразе уже утверждается, что купол и в целом может быть чисто армянского происхождения: «Трудно также пред¬положить, чтобы зодчие, встречавшие на домах в каждой деревушке шатровую деревянную кровлю, поддерживаемую столбами, не пришли к мысли о куполе» (здесь, как и во всех нижеследующих цитатах, подчеркнуто нами. - С. Д.). И все это преподносится на одной странице!

Конечно, таким методом, при помощи всемогущих формул: «едва ли», «надо полагать», «трудно предположить», «трудно так¬же предположить» и т. д. (здесь они все выписаны из одного абзаца, но вся книга пестрит ими) можно «доказать» все, что угодно.

Акад. С. Джанашия

«Об одном примере искажения исторической правды»
По поводу книги Н.Токарского
«Архитектура древней Армении»



(Продолжение следует)

Прочитано : 2638


Напишите комментарии

(В своих комментариях читатели должны избегать выражения религиозной, расовой и национальной дискриминации, не использовать оскорбительных и унижающих выражений, а также призывов, противоречащих законодательству .)

Публиковать
Вы можете ввести 512 символов

Новостная Лента